Мы «смотали» у врага танк и «Тойоту»!

«С какой целью хотите заключить контракт с Министерством обороны России? — спросили Тараса на собеседовании военные психологи. — В соседней деревне на школу прилетела „Точка-У“ (тактический ракетный комплекс), хочу стать частью команды защитников и прекратить злодеяния», — уверенно ответил герой нашего рассказа, житель Лениногорска Тарас Криворучка.
 

Родился Тарас 23 декабря 1994 года в селе Светлое, которое относится к Старобельскому району Луганской области Украины. К моменту принятия решения о военной службе, у будущего военнослужащего был украинский паспорт, что существенно осложняло процесс заключения контракта с нашим Отечеством. Для заключения контракта требовалось законно находиться на территории Российской Федерации — иметь действующий паспорт, миграционную карту, разрешение на временное проживание или вид на жительство. Без этих документов контракт заключить было невозможно. Надо отметить, что в этот период происходил активный набор бойцов СВО в частную военную компанию «Вагнер» как граждан России, так и иностранцев. Таким образом вопрос для Тараса был решенным.

«С 2014 года на Украине идет самая настоящая война, поэтому моё решение встать на защиту мирных жителей взвешенное и осознанное», — говорил на собеседовании при заключении контракта Тарас.

26 сентября 2022 год. «Криворучка! Вы зачислены в штурмовой взвод!» — сердце Тараса, готовое к бою, забилось с новой силой.

«Штурмовики на СВО считаются одним из наиболее востребованных и ответственных подразделений, — учили новичков на военном слаживании опытные боевые офицеры в Донецкой области в разрушенном детском лагере. — Именно они находятся в первых рядах наступления, выполняя задачи, требующие решительности, собранности и готовности действовать в сложнейших условиях.
Штурмовики — это военнослужащие, которых набирают для выполнения наиболее сложных и опасных боевых задач в зоне СВО. Их главная цель — прорыв укреплённых позиций противника, зачистка территорий, удержание стратегически важных объектов. Это бойцы, которые действуют на острие атаки, обеспечивая продвижение остальных подразделений. В отличие от других категорий, служба штурмовика требует умения быстро ориентироваться, работать в составе группы и выполнять приказы в условиях постоянного риска».

 
«Нас муштровали 20 часов в сутки, изнуренные, мы падали и засыпали на ходу, где придется. Позже, при выполнении боевых задач на передовой, я мысленно благодарил за полученный опыт и знания каждого инструктора, которые учили нас не только воевать, но и выживать. Оно того реально стоило: „Тяжело в учении — легко в бою!“ — не простое изречение», — вспоминает сегодня Тарас, который в то время получил позывной «Петергоф». После месяца военной подготовки Тарас был командирован на первое место дислокации, он стал участником самого масштабного и длительного в истории СВО на сегодняшний день столкновения украинских и российских войск, которое вошло в историю, как «Бахмутовская мясорубка».

Он рассказывает: «Это был Т-образный „перекресток“ лесополосы (вернее то, что после нее осталось после взрывов), который мы должны были захватить и укрепиться на нем. На этом сильном „укрепе“ (местность, оборудованная системой защитных сооружений, подготовленная воинскими формированиями для длительной обороны) полегло очень много наших ребят, так как силы были неравны, враг обладал большим комплексом военного снаряжения. В группе из 4 бойцов нас отправили на штурм и вывод 300-х с поля боя. Мы вошли в „лесополку“, всюду были „растяжки“ с гранатами и минами, установленными противником с богатой фантазией на разных уровнях. Лишь опыт, полученный на военном слаживании, давал нам возможность вовремя замечать „ловушки“ и умело обезвреживать. К моему АК-74 (автомат Калашникова) прибавился трофейный РПГ (ручной противотанковый гранатомет). В это время в меня „прилетает“ снаряд, я получаю несколько осколков в правое плечо, затем снайпер пробивает мне каску в миллиметре от головы. Теряя сознание, я стреляю из РПГ в противника, в эти секунды одна пуля пролетает навылет в руке между большим и указательным пальцем и застревает в стволе РПГ. Сколько был в „отключке“ — не знаю, очнувшись, увидел рядом парней. „Куда попало?“ — сквозь дымовую завесу и грохот залпов слышу ребят. Определенно сказать не мог, вся правая рука была в крови».
 
Мой собеседник рассказал, что его сослуживец с позывным «Книжник» получил пулевое ранение в пах — его «снял» из строя снайпер: «Это жестокая тактика присуща хохлам и наёмникам, так как они уверены, что мы своих на поле боя не оставляем, стараемся вывести и спасти. В таком случае снайперы „работают“ уже по всей эвакуационной бригаде. Мы пошли на хитрость: закинули раненому Книжнику веревку, он обвязал себя и таким образом подтянули на безопасное расстояние».
 
Тарас отметил, что это было начало войны и у всех бойцов были обычные бронежилеты «Монолит 4», которые не защищали военнослужащих ниже пояса. Позже на вооружение поступили двойные пятиточечники с баллистической защитой паха. Мой собеседник продолжает вспоминать: «Книжника забрала группа эвакуации. Рискуя быть наказанным за неисполнение приказа командира, я отказался от эвакуации, объясняя это тем, что мои ребята остаются на поле боя. Продолжил выполнять задачи: окапывался сам и помогал товарищам. По нам били жестко, старались „снимать“ тех, у кого пулеметы и РПГ... В том жарком бою из 12 – выжили лишь четверо: я, Книжник, Смурфик и Амадис».
 
Позже выяснилось, что в правое предплечье Тараса вошли и от высокой температуры сразу запеклись семь осколков. «Они и сейчас во мне, крепко зашли, заразы!» — смеется никогда неунывающий Тарас, который от лечения в госпитале отказался, лишь обработал раны йодом. «Ты с ума сошел?» — удивился командир Тараса, когда у раненого солдата рука повисла, словно плеть, и тут же отправил его на лечение в Луганск. Через три дня Тарас вернулся в свое подразделение и продолжил службу.

«При выстрелах из „калаша“ (автомат Калашникова) большие осколки от физической нагрузки стали резать меня изнутри. Было больно не только физически, но и морально, так как в бою я становился обузой и мог подвести своих братьев по оружию. Тогда меня перевели в инструкторы: ответственного за обучение новобранцев, которых я учил тому, чему сам был обучен. Меня назначили заместителем командира взвода и возложили обязанности снабжения передовой всем самым необходимым: оружием, обмундированием, медикаментами, провизией и прочим».

Поездки на передовую и доставка грузов, установки радиосвязи на фронте, прилёты минометов и т.д. не остались бесследными — Тарас получил еще несколько тяжелых контузий, был на «волосок» от смерти, когда их пункт временной дислокации, был разрушен снарядами за минуту до его прибытия. С суровыми военными буднями помогали справляться товарищи по оружию и, конечно, черный солдатский юмор.
 
Со смехом герой моего рассказа вспоминает о трофейном танке и бронированной «Тойоте», которые они отбили у противника. «Ура! „Смотали“ у хохлов танк!» — радостная весть молниеносно разносилась по рации по всей линии боевого слаживания. Тарас вспоминает события, когда ему и его товарищам было поручено сопровождение военных корреспондентов телеканалов России и Америки. Свой рассказ военный сопровождает видеокадрами, снятыми с места военных событий: сквозь грохот взрывающихся снарядов, комментарии на русском и английском языках, военнослужащие прикрывают трех корреспондентов своими телами: на каждого по двое солдат.

«Такое сопровождение сопряжено с огромным риском, так как на военкоров была объявлена настоящая охота со стороны противника и большие «чаевые» (вознаграждение), а они, как назло, были увешаны нашивками: «Пресса». После нашего предупреждения о большой опасности, пресса все же решила пойти непосредственно на передовую, к операторам БПЛА. Все вместе мы добежали до огромной воронки, образовавшейся в результате минного взрыва, запрыгнули в нее. Довольные удачей,военкоры подняли в воздух коптер, стали снимать. По всей видимости нас засек дрон-разведчик, так как тут же по нам стал «работать» миномет и танк. В этой воронке наши прорыли окоп, в который мы с ребятами стали прятать военкоров. Начался крепкий замес. В это время в воронку залетает наш солдат. Мы ему кричим: «Бегом к нам!», боец срывается с места и в ту же секунду в ту точку бьет танк. Парень прибегает к нам целехонький, радостный, а мы ему со смехом: «Земеля, с тебя магарыч!».

 
Когда немного стихло, Тарас и его товарищи решили выводить из опасной зоны «гостей». «Я схватил за руку корреспондента Марину, и мы рванули вперед. Бежали во весь опор. Смотрю, девушка выбивается из сил. В одном из «магазинов» на «бронике» был НЗ: я достал маленькую бутылочку воды, протянул Марине: «Много не пей, нельзя, только смочи губы и глотку», — посоветовал я. Перебегали по частному сектору врассыпную попарно. За секунду до нашей передислокации по заборам били снаряды, профнастил превращался в решето, было страшно за Марину... Короче, в итоге вывели мы наших военкоров, отправили в тыл и вздохнули с облегчением: «Понятно, что военные корреспонденты — это глаза и уши на передовой, их вклад в историческую правду неоценим, но в случае, если по неосторожности военкор гибнет, боец СВО принимает вину на себя», — рассказывает Тарас с позывным «Петергоф».
 
Мой собеседник не раз упоминает об особой маскировке на передовой. «Никто ничем не должен отличаться друг от друга: никаких различий в звании, должности, чтобы не стать лакомой мишенью для врага. Так как заветной добычей для хохлов считаются офицеры, врачи, группы эвакуации», — делится Тарас. 26 марта 2023 года срок контракта с Минобороны России истек, и Тарас вернулся домой. За мужество и смелость при выполнении боевых задач ветеран боевых действий получил наградной крест, медаль за ранение, г государственную награду: медаль «За отвагу».
 
PS. Два с половиной года назад Тарас по приглашению бойцов СВО из Лениногорска, приехал в наш город. «Здесь мне очень понравилось. Российские города, по которым после войны я сделал „круг почета“, не нашли в моей душе такого отклика, как Лениногорск — красивый, ухоженный и уютный город стал для меня второй родиной. Здесь я устроился на работу, построил два дома, женился на любимой девушке — Оксане, которая подарила мне дочь Варвару. Два взрослых сына Оксаны — Сергей и Илья — стали мне родными. Со своей семьей я люблю ездить на природу, рыбалку. Всё, о чем мечтал, сбылось. О чём еще мечтаю? Конечно, о нашей скорейшей Победе!».
 
Автор: Ильмира Гареева.
Фото: из архива бойца.